«Возведох очи мои в горы, отнюдуже приидет помощь моя» (Пс. 120: 1).
Статья епископа Праховского Тимофея (Иоанеи), иерарха Румынской Православной Церкви, опубликованная на сайте газеты «Lumina» в начале 2026 года. В ней идет речь о румынской святой, жившей в наше время.
Братья и сестры, кто в состоянии в нескольких словах, пусть и тщательно подобранных, описать аскетическую борьбу души, исполненной тоской по Богу? Нам, немощным, было трудно простоять даже час в лютый январский мороз на кладбище монастыря Пасэреа, недалеко от Бухареста. Как же тогда мы можем представить суровость жизни тех, кто в прежние времена подвизался в аскетическом подвиге, будь то в румынских горах, среди метелей и морозов, или в пустынях Египта и Святой Земли при палящем солнце? Но такое многотрудное жительство было благословлено Богом, Которому подвижники посвящали свою жизнь, смиряя свою плоть и непрестанно молясь.
В середине января, месяца, богатого на память множества святых, подвизавшихся в разных уголках мира, по благословению Блаженнейшего Патриарха Даниила, мы извлекли из земли мощи преподобной Елисаветы Лазар. В своей семье и во время послушничества в монастыре она сначала была известна как Родика. Такое имя ей дали в таинстве Святого Крещения. В мантийном постриге она стала Феодорой, что означает «дар Божий». И мы верим, что она действительно была даром Божиим для всех, кто ее знал: для ее семьи и для монастыря, где она начала и завершила свой аскетический путь. Подвиг ее Господа ради был преусердным и самоотверженным.
Родика, позже Феодора (и, наконец, Елисавета в великой схиме), родилась в июле 1970 года на земле Буковины в селе Бения, в коммуне Молдова-Сулита. Ее сестра говорила мне, что их благочестивые родители имели девятерых детей, которых они часто брали с собой в святые монастыри, особенно в дни великих праздников. Иногда они паломничали пешком от одного монастыря до другого, а трудности пешей дороги считали благословением.
В те годы были еще живы старцы Паисий Олару (†1990) и Клеопа Илие (†1998), подвизавшиеся в монастыре Сихастрия. Старец Клеопа часто рассказывал монахам и верующим, что во времена его юности, примерно в 1927–1928 годах, в лесах, окружающих Сихастрию, было много отшельников. Он говорил, что по меньшей мере шестьдесят монахинь вели аскетический образ жизни в тех местах. Леса, окружающие такие именитые монастыри, как Нямц, Путна и Воронец, освященные молитвами и подвигами множества монашествующих, стали межой посреди небес и нашим бренным миром.
Некий иностранный путешественник еще в 1700 году оставил такое свидетельство о Молдавии: «Молдавские леса были наполнены сонмом отшельников со сбившимися в клоки бородами и грубыми крупнозерными четками в руках – знаком их непрестанных молитв». И если во времена старца Клеопы таких подвижников было около шестидесяти, то и в наши дни были и есть подобные души. Они продолжают древнюю исихастскую традицию, будь то в горах Нямц, в районе Вылча, близ монастырей Рарау или в других тайных местах, неизвестных для всего остального мира.
Родика, исполненная высокими устремлениями к святой жизни, поступила в монастырь, когда ей исполнилось всего пятнадцать лет. Ее чистая душа, с ранней юности принесенная в жертву Христу Спасителю, жаждала небесного по примеру великих преподобных древности, живущих равноангельски. Пройдя послушнический искус в монастыре Пасэреа, она была направлена в Миссию Румынского Патриархата в Иерусалиме. Там молодая подвижница находилась с 1996 по 1997 год. К тому времени она уже десять лет подвизалась в монашеской брани, и было ей на тот момент около двадцати семи лет.
К концу поездки в Израиль она подверглась серьезному испытанию, которое также оказалось откровением. В результате кризиса со здоровьем она впала в глубокую кому и пережила клиническую смерть. Монахини, которые оставались у ее постели, свидетельствовали, что в течение трех дней она находилась между жизнью и смертью, а врачи могли лишь наблюдать за ее состоянием и ждать.
Вскоре монахиня вышла из комы и рассказала нечто поразительное. Поведала она о своем путешествии через ад и рай и о помощи, полученной от преподобного Иоанна Нямецкого, Нового Хозевита. При жизни он был великим румынским подвижником, который провел последние восемь лет своего земного пути в пустыне Хозева близ Иерихона. От него чудесным образом она получила пояс (сохраненный другой монахиней, ученицей святого, которая скончалась около 2000 года в граде Иерусалиме). Этот пояс будущая схимонахиня Елисавета носила впоследствии всю свою жизнь, особенно в годы затворничества в горах, что стало для нее источником утешения.
Вернувшись в Румынию, некоторое время продолжала она исполнять различные послушания в монастыре Пасэреа, но в конце концов выбрала стезю пустынничества. Она полностью посвятила свою жизнь Богу и желала стать совершенной, как говорится в Евангелии: «Итак будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный» (Мф. 5: 48). Она обратилась за духовным советом к старцам, с которыми была знакома еще с детства, когда путешествовала со своей семьей по монастырям региона Нямц. И благословили они ее на трудный и таинственный путь – полностью отречься от мира. Дабы исполнить благословение, она приняла великую схиму.
Жизнь схимонахов есть служение особое. Их главным деланием на пути аскезы является практически непрестанная молитва и хранение уст, то есть безмолвие. Порой им разрешается произносить лишь семь слов в день. Опытные монахи свидетельствовали, что знали они таких великосхимников, которые в течение многих лет почти ничего не говорили, тем паче о дарах, полученных от Бога.
Одним из духовных отцов, к которому обратилась схимница Елисавета, был старец Арсений (Папачок) из монастыря Святой Девы Марии в Текиргиоле. Он благословил ее стать «безмолвной сестрой пустыни». Наша духовная труженица выбрала его неслучайно, поскольку старец Арсений, как и некоторые другие монашествующие, в коммунистическое время жил в горах. Было это в 1950-х и 1960-х годах, когда румынские власти закрывали монастыри, преследуя миссионеров, епископов, священников и монахов.
Недавно один из племянников игумена Петрония (Тэнасе) из скита Продром рассказал мне, как после изгнания из Нямецкого монастыря в 1959 году старец продолжал подвизаться со своим собратом-иеромонахом в долине реки Быстрицы. Они жили в деревушке под названием Халеаса, в маленьком домике, преобразованном в скромный скит. Там они ежедневно совершали свое длительное монашеское правило, посещая окрестные деревни и монастыри для участия в Божественной литургии в дни великих праздников.
Так же и мать Елисавета провела семнадцать лет своей жизни в безмолвии, молитве и полном самоотвержении, как наставлял святой апостол: «Представьте тела ваши в жертву живую, святую, благоугодную Богу, для разумного служения вашего» (Рим 12: 1). Пресветло просияло духовное наследие, оставшееся после нее. И заключается оно не во многих словах, но в свидетельстве, насколько глубокой может быть жажда души по Богу: «Имже образом желает елень на источники водныя, сице желает душа моя к Тебе, Боже» (Пс. 41: 2).
Какой же была ее жизнь высоко в горах? Как она преодолевала безжалостный холод румынского высокогорья? При помощи тепла своей молитвы. Чем она там себя поддерживала? Травами и кореньями, а также покаянными слезами, какие были у преподобной Феодоры Сихловской. А иногда благодаря незаметной, но постоянной помощи горстки добрых отцов из скита Пожората, какое-то время ее духовно окормлявших. И, возможно, не без помощи простых людей, которые поняли, что перед ними находится редкая душа, стремящаяся к высотам Фавора, и решили помогать ей без лишнего шума и похвалы.
Путь аскезы, приближающий душу к Богу, труден, но светоносен и благодатен. В монастыре Пасэреа были монахини, которые удивляли своих современников своей молитвой, силой духа, изобилием добродетелей и многочисленными добрыми делами. Там жили настоящие хранительницы духовной традиции. Некоторые из них читали Псалтирь целиком каждый день. Другие не пропускали ни одной службы. Третьи были известны своим страннолюбием, четвертые – тем, что отправлялись на передовую ухаживать за ранеными, иные – своей любовью к церковному пению. Но больше всего было тех, кто любил молитву. Почти всё из этого, и особенно любовь к молитве, воплотилось в жизни схимонахини Елисаветы Лазар.
Мы знаем, что в этом монастыре существует прекрасная традиция литургического пения, которая поддерживается специальными музыкальными занятиями монахинь. Они собираются еженедельно или даже чаще для подготовки к великим праздникам и другим знаменательным дням в течение всего года. В монастыре ничего не делается ради того, чтобы произвести впечатление на других, но все совершается во славу Божию. Когда кто-то служит или поет от всего сердца, он предлагает это в дар Самому Богу.
Поначалу монашеская жизнь является для человека аскетической школой, обучаясь в которой, он постепенно приближается к Богу. Завершение такой многотрудной жизни свидетельствует об истинности желания человека оставаться верным Богу до самого конца. Если бы не болезнь, постигшая мать Елисавету в последние годы жизни, она, вероятно, осталась бы в горах, подобно многим отшельницам и подвижницам, которых нашли там по прошествии долгого времени после их кончины. Недавно на Горе Афон через несколько месяцев после кончины был обнаружен в своей келии монах. Он был найден уснувшим вечным сном в бедной хибарке, которую едва ли можно было назвать домом или келией, но лишь молитвенным пристанищем. Все это заставляет задуматься нас, живущих в мире комфорта, будь то в монастырской обстановке или в собственных домах. Мы часто забываем о главном, о том, что действительно важно.
Светлый жизненный путь схимонахини Елисаветы сопоставим с тем, как жили отшельники в древности. Ее пример наставляет ценить дарованное нам земное время и как можно больше посвящать его Господу. Монашествующим показует она не любить ничего больше Бога, как мы слышим на службе монашеского пострига: не любить ни чести, ни славы, ни преходящих вещей мира сего, как бы сильно они ни пытались нас завлечь.
За свои духовные дары в июле 2025 года схимонахиня Елисавета была причислена Священным Синодом Румынской Православной Церкви к лику святых. И это несмотря на то, что с момента ее отшествия в небесные чертоги прошло всего несколько лет. Безмолвное ее житие сияет ярким маяком для нас и звучит громче, чем множество слов, высказанных вслух. Краеугольным камнем ее существования было служение Спасителю нашему Господу Иисусу Христу в духе единонравных святых предшественниц. День, когда ее святые мощи были извлечены из земли и помещены в реликварий, был моментом невыразимой духовной радости для нас всех.
Подробности ее жизни, известные некоторым монахиням из разных монастырей, постепенно дополняются, что еще больше воодушевляет нас отложить всякое житейское попечение, как мы молимся на каждой Божественной литургии. Эта схимница отложила подобные попечения и ныне призывает нас следовать путем служения Господу и Богу нашему Иисусу Христу. Помолимся преподобной Елисавете из монастыря Пасэреа, чтобы она помогла нам в стяжании духа чистой молитвы, покаянных слез и той любви, которая исцеляет мир. Да устремится наш взор на Фавор, откуда приходит та помощь, которая не иссякает из-за непостоянства человеческих сердец.
Перевела с английского Александра Калиновская
Новости
Публикации
Монашество
Доклады
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
