«Будущих монахов воспитывает среда, которую надо формировать…»

Архимандрит Мелхиседек (Артюхин)


12 июля 2022 года, в день памяти святых первоверховных апостолов Петра и Павла, престольного праздника Оптинского подворья в Москве Указом Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла во внимание к трудам на благо Святой Церкви и в связи с 60-летием со дня рождения архимандрит Мелхиседек (Артюхин), настоятель подворья, пресс-секретарь Синодального отдела по монастырям и монашеству был награжден орденом преподобного Сергия Радонежского II степени. Это событие послужило поводом для беседы с отцом Мелхиседеком о его многочисленных послушаниях и приобретенном в трудах опыте, которым мы попросили его поделиться с читателями «Монастырского вестника».

Батюшка, сердечно поздравляем Вас с наградой. Расскажите, пожалуйста, какие события монашеской жизни особенно дороги для Вас? О чем вспоминали в день юбилея и когда получали орден преподобного Сергия? Что из приобретенного в монашеской жизни хотелось бы сохранить в душе и чем, может быть, поделиться с теми, кто сегодня выбирает иноческий путь?


Я себя считаю счастливым человеком, потому соприкоснулся в своей жизни с настоящими старцами. При постриге меня вручили архимандриту Кириллу (Павлову), я исповедовался ему, активно пользовался его наставлениями и возможностью общения с батюшкой. Советовался с архимандритом Наумом (Байбородиным), архимандритом Венедиктом (Пеньковым) – наместником Оптиной пустыни, с отцом Николаем с острова Залит. О духовном общении с архмандритом Иоанном (Крестьянкиным) я даже написал книгу воспоминаний, где изложил ответы на вопросы, которые задавал ему лично. Очень хотелось поделиться его духовными размышлениями. Пользовался советами духовника Тульской епархии, отца Христофора и схимонахини Сепфоры. С благоговением вспоминаю старых лаврских монахов – отца Матфея, схиигумена Селафиила, схиигумена Гавриила... Все эти люди навсегда остались в моей памяти. У святителя Игнатия (Брянчанинова) есть мысль о том, что иноку на первых порах духовной жизни крайне необходимо получить правильное направление, общаясь с преуспевшими монахами, потому что образ мысли, поведение навсегда запечатлеваются в юной душе. Я застал удивительное время, когда наместником Лавры был архимандрит Алексий (Кутепов), сейчас митрополит Тульский и Ефремовский, благочинным – архимандрит Онуфрий (Березовский), ныне Блаженнейший митрополит Киевский и всея Украины, а духовниками Лавры – архимандрит Кирилл и архимандрит Наум. Трудно пока сказать, каким я сам стал монахом, но я видел, каким монах должен быть, и не в одном образе, а во многих. Прожив два года в Лавре, я оказался в Оптиной. Но два года, проведенные в обители преподобного Сергия, помогли получить представление о том, чтó есть подлинная монашеская жизнь. Я видел великие образцы монашества, достойные подражания, мог наблюдать за повседневной жизнью святых людей, их общением с молодыми послушниками.

Очень ярким воспоминанием стало для меня время возрождение Русской Православной Церкви, начавшееся после торжественного празднования 1000-летия Крещения Руси. В 1988 году в нашей стране наступила настоящая духовная весна. Вновь была открыта Оптина пустынь, на Соборе прославлен преподобный Амвросий Оптинский.


В Оптиной Господь сподобил меня принимать участие в восстановлении монастыря. Сначала я исполнял послушание эконома, потом благочинного обители. Помню, как возводились храм за храмом, стена за стеной, башня за башней... Никольский придел – на Успение, Введенский собор – на старца Амвросия 23 октября. Потом началось строительство жилого дома на Мехзаводе (поселок рядом с монастырем Оптина пустынь. – Ред.) на сорок человек, куда монастырь планировал переселить людей, живших в Иоанно-Предтеченском скиту в советские годы. Этот дом до сих пор называют «поповским».

Помню, как монастырь начал предпринимать первые попытки издательской деятельности. Как мы искали бумагу и типографии, которые согласились бы на свой страх и риск подпольным образом печатать литературу духовного содержания. Пятидесятитысячным тиражом были изданы 13 томов «Житий святых» святителя Димитрия Ростовского. Эти книги мы развезли по всей России, а на доходы от их реализации монастырь приобретал технику и оборудование для ведения хозяйства… Позже тиражом в 100 000 экземпляров издали «Откровенные рассказы странника духовному своему отцу». Примечательно, что за неделю до нас издательский отдел Троице-Сергиевой лавры тоже выпустил «Откровенные рассказы странника». Не договариваясь, из всего множества творений, Лавра и Оптина выбрали одну и ту же книгу. Преподобный Серафим говорил: «Научи людей правой вере, непрестанной молитве и покаянию, и спасутся». «Откровенные рассказы странника» – это своего рода поэма, огонек, который способен зажечь в душе человека пламя молитвы Иисусовой. А молодым людям, которые выбирают монашество сегодня и которым досталось совершенно другое время, хотелось бы пожелать воспринять во всей полноте нашу традицию и сохранить ее для будущих поколений.


Не могу не задать Вам вопрос как пресс-секретарю Синодального отдела по монастырям и монашеству. Какое значение имеют монастыри в медийном пространстве в наше непростое время? Чем монашествующие, которые отвечают за информационную работу в обителях, могут быть полезны людям?

Об этом раз и навсегда сказал старец Паисий. Монахи подобны маякам, освещающим путь кораблям в бушующем море. Маяк – это не фонарный столб, который нужен, чтобы человек не заблудился по дороге с работы домой. Перед монахами не стоит задача светить «под ноги прохожим». Монахи призваны указывать людям путь спасения, путь к Богу – как в спокойные дни, так и в периоды катастроф, во время мира и в дни войны.

Что мы можем сказать сегодня человеку, потерявшему сына, мужа, дом или здоровье? Только Евангелие, только слова Христа и наше верование в жизнь будущего века, в бессмертие души принесут мир страдающей душе. Когда соприкасаешься с трагедией, надо помнить, что, слава Богу, есть другая жизнь. Только в свете вечности и только в свете жизни с Богом смерть и страдание обретают смысл… Если будущей жизни нет, то трагедия в настоящей жизни представляется бессмыслицей и катастрофой. Все, что мы видим сейчас на планете, это последствия греха в мире, но позже Господь все расставит по своим местам. Когда человек живет с верой, он понимает, что даже потерянная жизнь – это потеря временная, временное расставание души с телом. Как сказал поэт в одном евангельском по своей сути стихотворении:

Смерть есть к жизни приближенье,
К жизни той, где смерти нет! [1]

И Господь говорит нам: Верующий в Меня, если и умрет, оживет (Ин. 11: 21). Я живу, и вы будете жить (Ин. 14; 19). Многи скорби праведным, и от всех их избавит я Господь (Пс. 30:20). Я увижу вас опять, и возрадуется сердце ваше, и радости вашей никто не отнимет у вас (Ин. 16:19).

Святитель Иоанн Златоуст напоминает, что наша вера выражена двумя словами: «Христос Воскресе!» Вне этого контекста никакие страдания, никакие трагедии объяснить невозможно. Обо всем этом монастыри и монашествующие призваны напоминать в своей информационной работе, утешать, ободрять страдающих людей, разделять с ними их участь, словом и молитвой поддерживать всех, кому необходима наша помощь.

Вы достаточно часто даете интервью не только церковным, но и светским СМИ. Поделитесь, пожалуйста, своим опытом общения со светскими журналистами. Каких, на Ваш взгляд, ошибок следует избегать монашествующим в общении с прессой?

Чтобы общение с журналистами приносило пользу, ему нужно учиться. Например, надо понимать, что пустые фразы не годятся для публикации, а тем более для эфира. Жалейте время своих собеседников, читателей, зрителей и слушателей! Речь духовного лица должна быть содержательной, а для того, чтобы она таковой стала, надо побольше читать, думать, размышлять... Духовное наполнение наших рассуждений ниоткуда не возьмется. Я всегда привожу в пример старца Зосиму (Сокура), который много лет назад предсказывал сегодняшние события на Украине. При нашей встрече, а ему было на тот момент 58 лет, он говорил: «Я не перестаю учиться». Надо больше читать, запоминать и стараться применять, если это уместно, имеющиеся знания. Когда я что-то читаю, стараюсь сохранить в уме интересные афоризмы и размышления про запас. Афоризм – это выношенная мысль; если употребить его к месту, то человек сможет правильно воспринять то, что вы хотите ему донести, и ваше общение будет иметь желаемый результат.


Еще очень важно чувствовать грань, которую духовным людям не следует преступать в общении со СМИ. Не стоит скатываться на обсуждение сплетен или каких-то нестроений, которые случаются время от времени в любом сообществе людей. В ответ на провокационный вопрос, надо предложить собеседнику осмыслить проблему духовно. Или, как говорил старец Паисий, «включить» добрый помысел. Не правда ли, мы всегда сумеем найти оправдание любому своему поступку? Поэтому есть смысл подумать и о том, как оправдать брата, когда журналист хочет услышать о его падении или немощи. Посмотреть на событие с духовной точки зрения всегда полезно не только для общения с прессой, но и для своей души, увидеть в происшедшем – возможность для испытания веры, предупреждение или назидание. Все испытания, которые посылает нам Господь, даются человеку не «за что-то», а «для чего-то». И, конечно же, в нашем общении с миром всегда должно присутствовать понимание того, с кем мы общаемся. Язык, на котором изъясняются духовные люди, должен быть понятен собеседнику. Еще я бы добавил к сказанному, что, оказавшись перед камерой или микрофоном, не стоит надевать на себя никаких масок. Монашествующим всегда надлежит оставаться самими собой.

Вы возглавляли рабочую группу Комиссии Межсоборного присутствия по вопросам организации жизни монастырей и монашества при подготовке документа «Взаимоотношение насельников монастырей с внешним миром в свете монашеских обетов». Раздел документа, посвященный информационным технологиям, определяет значение присутствия монастырей в информационном пространстве. Однако на монашеских конференциях о пребывании в соцсетях их насельников говорится как об искушении нашего времени. Почему возникла необходимость в подобном документе?

Мне кажется, в какой-то момент многие из нас перестали чувствовать меру дозволенного. Гаджетомания – это своего рода болезнь XXI века. Монахи сегодня имеют такие средства связи, которые по карману далеко не всем мирянам. Создается впечатление, что мы попали в эти самые сети и теперь не знаем, как оттуда выбраться.


Когда я поступил в Троице-Сергиеву лавру, в монастыре не было даже телевизоров. Насельникам тогда были доступны только печатные издания, а в наши дни с помощью гаджетов можно смотреть, слушать и читать новости всех стран мира. И не только новости. Но ведь мы даем обет отречения от мира, или не все понимают, что это означает? Тогда впору действительно включать в чин монашеского пострига вопрос «отрекаешься ли от гаджета». Конечно, это шутка, но разве можно сказать, что ты отрекся от мира, если твое мобильное устройство обеспечивает непрерывную связь с информационным пространством всей планеты?

Документ поможет увидеть эту меру?

Эту меру должны помочь увидеть святые отцы, которые напоминают, что душа, не заполненная Богом, будет заполнена миром, и наоборот. Архимандрит Иоанн (Крестьянкин) говорил, что в душу священника, который накануне богослужения смотрит телевизор, ничто духовное войти не может. Хотя в те годы, когда батюшка произнес эти слова, телевидение в большинстве городов страны имело две программы, а новости люди смотрели полчаса в день. В обществе было понимание того, что человеку для знакомства с главными событиями дня достаточно получаса. А мы, когда поступали в монастыри, старались не делать даже этого. Помню, как в юные годы я хотел выучить наизусть Евангелие, но если смотрел новости, то сюжеты новостных событий, оставаясь в памяти, мешали запоминать евангельские тексты. И это был для меня настоящий духовный опыт, приобретенный через искушение: кто хочет быть другом миру, тот становится врагом Богу (Иак. 4:4).

Когда у инока есть необходимость быть в курсе событий, например, если его послушание предполагает понимание текущей информационной повестки, это одно дело, а если в социальные сети его выталкивает любопытство, это может быть чревато очень нехорошими последствиями.

Духовники в свое время говорили нам: вы вчерашнюю газету будете читать? Вряд ли. Но ведь если потерпеть один день, то сегодняшняя газета станет вчерашней. Так и с новостями. Завтрашние новости могут существенно отличаться от сегодняшних, есть ли смысл забивать себе голову тем, что так быстро меняется и на что мы не можем повлиять?

И в чем Вы видите выход?

Во внутренней самодисциплине. Кто-то из великих сказал: всё красит мера. Без меры и совершенные становятся безобразными. А апостол Павел напоминает: Кесарево кесарю, а Божие Богу (Мф. 22:19). Заповеди Божии предполагают личное отношение человека к происходящему. Возлюби Господа всем сердцем твоим и всею душою твоею и всем разумением твоим (Мф. 22:37). Но какой же ответ дадим мы Богу вечером о своем разумении, если, судя по экранному времени смартфона, шесть часов в сутки были заняты совсем другим. Не будем обманываться, Бог поругаем не бывает. Что посеешь, то и пожнешь. Сеющий в плоть свою, от плоти пожнет тление, а сеющий в дух, от духа пожнет жизнь вечную (Гал. 6:8). И если миряне стараются уделять время вещам духовно полезным, то разве монахи не должны тем более заботиться о своем внутреннем состоянии? Я знаю многих людей из числа мирян, которые в метро слушают Псалтирь и Евангелие и стараются ограничивать время пребывания в соцсетях.


Во взаимоотношения с миром монашествующие вступают, конечно же, не только посредством социальных сетей. Какие советы можно дать инокам, которые общаются со светскими людьми, например, на своих послушаниях.

Оптинский старец Лев дал такой завет: от послушания не отказывайся, на послушание не напрашивайся. Мы часто и много говорим о значении монашеской жизни и гораздо реже задумываемся о том, насколько важны человеческие отношения. Принимающим решение о постриге я бы пожелал не забывать, что, облачившись в монашеские одежды, мы не перестаем оставаться людьми.

Если человек живет в монастыре и его послушание не связано с внутренней монастырской жизнью, вникать в отношения братии с рабочими, прихожанами, людьми, которые живут вокруг монастыря, не следует, потому что в этом случае нарушаются сами принципы монашеской жизни. Другое дело – отношения насельников монастыря с сотрудниками, которые работают в монастыре. В ставропигиальном Введенском мужском монастыре Оптина пустынь около трехсот пятидесяти сотрудников. Вместе с братией они трудятся в бухгалтерии, издательстве, экскурсионной службе, на подсобном хозяйстве... Делая общее для монастыря дело, нам следует помнить о том, что в наших отношениях с мирянами всегда должны присутствовать духовный такт, сердечность, простота и человечность. Предметом взаимодействия на таких послушаниях должны быть наши общие дела, а не личное общение. Хотя это подчас и бывает непросто.

Когда я бывал в материковой части Греции, я обратил внимание на то, что люди там спрашивают друг у друга: а кто у тебя старец? Ведь если сам ты не находишься под окормлением, но берешься советовать и руководить, вряд ли это будет воспринято положительно окружающими. В основе наших отношений должна лежать духовная составляющая, чтобы не получилось, как говорил старец Амвросий: «вы начали крыть чужие крыши, разоряя свою».

Для монахов еще очень важно следить за тем, чтобы в их окружении не появлялись заботливые опекуны и опекунши. «Опекуном» для монаха или монахини может быть только духовник или матушка-игумения. Нам не следует искать утешения на стороне, в противном случае это может привести к духовному кризису. Старец Зосима говорил, что бывает и так, что «в руках четки, а в уме тетки». А монашеская жизнь должна быть такой: в руках четки, а в уме Бог. Блаженный Августин говорит, что когда Бог на первом месте, все остальное на своем.

Самое страшное в нашей среде – это игра в духовность. Локдаун и карантинные меры, связанные с распространением коронавирусной инфекции, показали нам, что можно работать и на «удаленке». Но главное, чтобы желание «удаленки» от мира всегда присутствовало в душе монаха.

Многие монастыри сегодня занимаются миссионерской и просветительской деятельностью, воспитывают детей в приютах, участвуют в жизни общины, сформировавшейся вокруг обители... Но ведь все это – тоже взаимоотношения с миром.

Лишь бы только общины вокруг монастырей и другие богоугодные сообщества не создавались от скуки, возникающей при отсутствии или недостатке духовной жизни, когда хочется заполнить эту брешь какими-то внешними впечатлениями. Мы призваны созидать монастырь в своей душе и вокруг себя и не давали обещания налаживать приюты или общинную жизнь при наших обителях. Оптинские старцы создавали общины монашеские, духовно связанные с Оптиной, но не семейные. Идея общины рядом с Оптиной, которая действует сегодня в селе Губино, уникальна, но это поселение сформировалось благодаря особым обстоятельствам. Однако далеко не всем монастырям созидание общинной жизни может принести пользу. Монахам надо помнить об этом, чтобы от соприкосновения с миром не утратить монашеский дух, и по дороге к великому делу из-за маленьких ошибок не потерять главное.


Сосуд сначала надо наполнить, а потом уже делиться имеющимся, чтобы не получилось как в одном анекдоте. Приезжает экскурсионный автобус в монастырь. Из автобуса выходят многочисленные паломницы, навстречу им идет иеромонах, которого рукоположили две недели назад. Женщины бросаются к нему, обступают со всех сторон и спрашивают: «Батюшка, а есть ли в вашей обители опытные старцы?» Отец подумал и отвечает: «Да, слушаю вас».

Молодежная организация «Покров», которая создана на московском подворье Оптиной пустыни, тоже ведь предполагает общение братии с мирянами…

Молодежная работа на приходе – это возможность для христиан вместе делать полезные дела, находиться в своей среде, знакомиться... У молодежной организации «Покров» девиз такой: молись и делай добрые дела. Вместе со священником ребята молятся, читают акафисты, занимаются волонтерской работой, ездят по святым местам, в миссионерские и паломнические поездки. Молодые люди узнают друг друга, занимаясь конкретными делами. Все пары на нашем приходе, а их в настоящее время насчитывается около семидесяти, сформировались благодаря совместной деятельности молодых людей. Именно благодаря общим делам можно понять, есть ли у юноши и девушки созвучие душ. Молодежь должен объединять храм, богослужение. Важно, чтобы не получилось так, что члены общины не бывают в церкви, но с удовольствием приходят на беседы в трапезную ради общения. Это неплохо на первых порах воцерковления, но все же надо стремиться к идеалу христианской жизни.


Ваши взаимоотношения с миром также проявляются и в том, что Вы являетесь настоятелем шести храмов московского района Ясенево. Достаточно ли для одного микрорайона Москвы такого количества церквей, или в Ваших планах есть какой-нибудь очередной проект?

Район Ясенево, в котором проживает 172 000 человек, сравним по численности населения с такими городами, как, например, Пятигорск или Керчь. А если взять наш любимый город Калугу (Введенский ставропигиальный мужской монастырь Оптина пустынь находится в Козельском районе Калужской области. – Ред.), то там на 300 000 населения приходится 40 действующих храмов. То есть на 10 000 человек в среднем приходится один храм. В Козельске – 10 храмов на 15 000 человек. У нас на 172 000 сейчас 4 действующих храма (2 храма из тех шести, в которых архимандрит Мелхиседек является настоятелем, – домовые. – Ред.). По сравнению с областными городами – недостаток катастрофический.

А потом ведь желание посещать храм Божий появляется у человека, когда в пешей доступности от его дома начинают работать воскресная школа, богословские, регентские, катехизаторские или иконописные курсы, кружки для детей… Так было и у нас, когда подворье Оптиной пустыни переехало в Ясенево. Мы начали служить Литургию в храме святых первоверховных апостолов Петра и Павла, заниматься с народом, и вскоре храм перестал вмещать всех желающих. Стали служить две Литургии. Через несколько лет со всей очевидностью перед нами встала необходимость построить еще один храм. А теперь уже и Покровский храм, в строительстве которого принимали активное участие наши прихожане, тоже стал тесным для жителей Ясенева.

В Греции, где Православие – государственная религия, считается нормой иметь один храм на 1000 человек. Наверное, примерно так было до революции 1917 года и в России – на 2000 или 3000 человек приходилась одна церковь. А сегодня мы даже не можем предположить, сколько людей готовы были бы прийти в храмы, если бы они были расположены рядом. Когда разводят костер, к нему собираются желающие согреться. Православных христиан, как, впрочем, и будущих монахов воспитывает церковная среда, которую надо формировать.


Беседовала Екатерина Орлова
Фото: Владимир Ходаков. В материале также использованы снимки, предоставленные пресс-службой московского подворья Введенского ставропигиального мужского монастыря Оптина пустынь

-----------------------------

[1] Из стихотворения Даниила Ратгауза (1868–1937).

Материалы по теме

Публикации:

Архимандрит Мелхиседек (Артюхин)
Архимандрит Мелхиседек (Артюхин)
Архимандрит Мелхиседек (Артюхин)
Архимандрит Мелхиседек (Артюхин)
Архимандрит Мелхиседек (Артюхин)
Архимандрит Мелхиседек (Артюхин)

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Иоанновский ставропигиальный женский монастырь
Введенский ставропигиальный мужской монастырь Оптина Пустынь
Успенский нижнеломовский женский монастырь
Николо-Угрешский ставропигиальный мужской монастырь
Успенский женский монастырь с. Перевозное
Спасо-Прилуцкий Димитриев мужской монастырь
Тихвинский скит Спасо-Преображенского мужского монастыря города Пензы
Иоанно-Богословский женский монастырь, дер. Ершовка
Казанская Амвросиевская женская пустынь
Мужская монашеская община прихода храма Тихвинской иконы Божией Матери