Монастыри как хранители чистоты веры и предания Церкви в истории Святой Руси

Митрополит Смоленский и Дорогобужский Исидор

Доклад митрополита Смоленского и Дорогобужского Исидора на XXX Международных образовательных чтениях «К 350-летию со дня рождения Петра I: секулярный мир и религиозность», направление «Древние монашеские традиции в условиях современности (23–25 мая 2022 года)

Ваши Высокопреосвященства и Преосвященства, всечестные отцы, досточтимые матушки игумении, дорогие братья и сестры!

Монашество всегда было и остается главной духовной силой России: издревле православные монастыри, являясь негасимым светочем духовности, хранителями чистоты веры и предания Церкви, становились культурно-просветительскими центрами Руси.

Вместе с тем, говоря о значении монашества и монастырей в исторических судьбах Русской Православной Церкви и всей истории нашего Отечества от Киевской Руси до новейшего времени, необходимо рассматривать феномен русского монашества в двух измерениях: духовном и историческом.

Духовная суть монашества неизменна в веках, со времени его возникновения. По слову святителя Игнатия (Брянчанинова) «Монашество и монастыри учреждены были Святым Духом через избранные сосуды Его, преподобных отцов; восстановление монастырей в их прежней духовной красоте может последовать только действием особенной благодати Божией, через посредство таких же достойных орудий». В своем труде «Догмат и история» выдающийся богослов протоиерей Георгий Флоровский подчеркивал: «[Монашество] было серьезным напоминанием о неотмирности христианской Церкви… Как в языческой Империи сама Церковь была своего рода «движением сопротивления», так в христианском обществе неослабевающим “движением сопротивления” было монашество».

Призыв Спасителя к аскезе, как основанию духовной жизни, обращен к каждому, решившему следовать за Христом: Если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною (Мф. 16:24). На этот призыв уже в первые годы становления Церкви откликнулось множество людей, и те, кто воспринял его как прямое указание к действию, в дальнейшем стали основоположниками монашества. Митрополит Сурожский Антоний писал: «Эти люди [монашествующие] оставляли города, оставляли родные места, уходили туда, где качествовало неразбавленное христианство и где можно было создавать общины, полные подвижнического устремления, беспощадного, радикального, которое позволяло им всю свою жизнь подчинить Евангелию». Монашеская жизнь древних монастырей стала примером духовной брани, стяжания добродетелей и молитвы.

Сердцевиной иноческого аскетического подвига, неотъемлемой частью миссии монашества является служение всем христианам. Русский богослов архимандрит Киприан (Керн), обращаясь к учению об ангелах как о «вторичных светах», «отражающих миру предвечный Свет Божества, просвещающий всякого человека, грядущего в мир», высказывает удивительную по глубине мысль о том, что иночество, «которому Церковь земная усвояет наименование “ангельского” чина … и должно, продолжая золотую цепь, соединяющую его с миром ангельским на небесах, изливать миру тленному и падшему на земле сияние святости, любви и мудрости. Иночество и должно быть преисполнено этим светом и преломлять его в делах чистоты, милосердия и боговедения. Иночество должно, подражая своим первообразам ангелам, продолжать на земле и довершать ангельское служение, стать служебными духами для тех, которые имеют наследовать спасение, для томящегося в грехах и мраке неведения человечества». Иными словами, главная задача монашества – просвещение мира Светом, то есть служение духовному просвещению в обоих смыслах: как через старческое окормление, так и через сострадательную любовь к миру и Евангельское благовестие.

Безусловно, в рамках одного выступления не представляется возможным сколь-нибудь подробно охарактеризовать многовековую историю обителей Святой Руси, поэтому позвольте остановиться на более подробном рассмотрении двух ярких периодов развития миссии русских монастырей через призму иноческого служения и подвига двух угодников Божиих, просиявших в рассматриваемые эпохи на древней Смоленской земле.

Монашество как форма христианской жизни, созидаемая высшей устремленностью человеческого духа к Богу, как жительство всецело по заповедям евангельским появилось на Руси уже вскоре после ее Крещения. Митрополит Макарий (Булгаков) в статье «Очерк истории Русской Церкви в период до-татарский» писал: «С усердием приняли предки наши Христианство; еще с большим усердием они содержали его и следовали его внушениям. Этот дух, дух всеобщей набожности и благочестия наших предков, выражался в построении и украшении ими храмов Божиих и вообще в сердечной привязанности их к Церкви и богослужению; в искреннем усердии и уважении к святым обителям, инокам и вообще ко всему духовенству; в высоком уважении и любви к иноческой жизни; в глубоком уважении к подвижникам, отличавшимся святостью жизни».

Профессор Евгений Евстигнеевич Голубинский в труде «История Русской Церкви» отмечает, что впервые упоминание о монахах появляется в летописях ко времени равноапостольного великого князя Владимира. Однако исследователи истории Русской Православной Церкви не дают однозначного ответа о точном времени появления на Руси первых обителей, что, в первую очередь, связано, с существенными отличиями первых русских монастырей от традиционных, о чем, например, пишут профессор Антон Владимирович Карташёв и церковный историк, исследователь русского монашества Игорь Корнильевич Смолич. Является очевидным, что период устроения первых монастырей можно отнести ко времени первых десятилетий после Крещения Руси – без этого невозможна была бы и организация и епископских кафедр, первые из которых появились в Новгороде, Полоцке и Чернигове уже на рубеже X–XI веков.

Вместе с тем, начало периода расцвета монастырей домонгольской Руси можно отнести к 50–60-м годам XI века, когда начинают появляться обители, основанные самими монахами. И это, прежде всего, Киево-Печерский монастырь, чье возникновение было связано не с деньгами и властью, а с «движением снизу», в основе которого лежали глубокая вера, подлинное благочестие и аскетизм. Летописец, рассказывая о возникновении Киево-Печерского монастыря, записал: «Мнози бо манастыри от цесарь и от бояръ и от богатьства поставлени, но не суть таци, каци суть поставлени слезами, пощеньемь, молитвою, бденьемь».

Необходимо отметить, что в XI веке на Руси возникли 19 монастырей, еще как минимум 40 – в XII веке, за четыре десятилетия XIII века появились еще 14. В монастырях призревали страждущих, обители становились культурными центрами, где создавались жития и летописные труды, при монастырях существовали скриптории. При всей многогранности деятельности, монастыри явились высшей школой духовного совершенства на Руси. И для князей, и для простых людей иноки выступали мерилом жизни, подвижниками, благоговейно усваивавшими духовные сокровища Православной веры.

Одним из центров развития монастырей, наряду с Киевом, Великим Новгородом, Владимиром и Суздалем стал Смоленск. И здесь, на рубеже XII–XIII веков миру был явлен подвижник, чьи подвиги являются ярчайшим примером того значения, кое приобрело монашество для древней Руси.

Преподобный Авраамий традиционно почитается просветителем земли Смоленской, но просветителем не в обычном смысле. Этот святой угодник Божий – не тот, кто принес на Смоленскую землю грамотность или какие-то особые научные знания. Преподобный Авраамий – этот тот, кто и своим служением и своими яркими проповедями объяснял христианство смолянам. Он не просто говорил, чтó необходимо делать, чтобы стяжать христианские добродетели, но показал, какими подвигами это достигается.

Период, в который жил и совершал свое служение преподобный Авраамий, – это период наивысшего расцвета Смоленского княжества. Смоленск был одним из культурных центров Руси. Отсюда вышел второй митрополит из русских Климент Смолятич, о котором летописец говорит, что в Русской земле еще не бывало такого «книжника и философа». В этот период Смоленск занимал первое место по темпам строительства во всей Руси. Было построено более двадцати каменных храмов, из которых до настоящего времени сохранилось три.

Жизнь и подвиги преподобного Авраамия Смоленского описаны в «Житии и терпении св. Авраамия», составленном его учеником, преподобным Ефремом Смоленским. Это житие было вторым за весь домонгольский период, после жития преподобного Феодосия Печерского. В житийной литературе Древней Руси за триста лет существует всего три преподобнических жития, написанных по строгим правилам этого жанра: преподобных Феодосия Печерского, Авраамия Смоленского и Сергия Радонежского.

Житие святого Авраамия Смоленского до нас дошло в списках XVI века и поэтому было значительно повреждено: прошло почти триста лет с момента написания, изменилась историческая ситуация, для переписчиков не всегда был понятен культурный и исторический контекст. При этом сведения, касавшиеся жизни и деятельности преподобного Авраамия, переданы достаточно точно, ошибки же совершались именно в авторских отступлениях преподобного Ефрема.

Преподобный Авраамий родился в благочестивой обеспеченной семье, получил хорошее воспитание и образование. Его отец был приближенным смоленского князя. В житии говорится, что в семье долго не было сына, родились 12 дочерей, и родители молились о том, чтобы Господь дал им продолжателя рода. Когда наконец родился Авраамий, он был окружен особой заботой. С детства проявилось его предназначение: избегая детских игр, он, «на Божественное и церковное пение и почитание прежде инех притекая», предпочитал посещение богослужений и чтение книг. Как отмечает Г.П. Федотов, отказ от занятий, свойственных детям, проходит лейтмотивом через многие жития русских преподобных, начиная со святого Феодосия.

Преподобный отказался от вступления в брак и, после смерти родителей, раздав все имение, перешел в монастырь на Селище, который находился в пяти поприщах от Смоленска – в селе Богородицкое.

Проявлявшему во всем послушание, смирение, кои необходимы новоначальному иноку, Авраамию, отличавшемуся особой любовью к книгам, было поручено переписывание книг в скриптории, и вскоре он стал сам руководить этой работой. Под его руководством трудилось множество монахов-переписчиков. Его талант проявился в том, что он знал, что будет полезно и что необходимо переписать. По достижении тридцати лет, преподобный был рукоположен в сан священника и ему было поручено проповедовать после богослужений. Ученость Авраамия была связана с даром учительства, который сделался в то же время источником жестоких гонений на святого и его «терпения», главного подвига его жизни. Монашеская келья Авраамия стала притягательным центром для Смоленска. Назидательные проповеди сурового аскета вызывали такой интерес, что многие миряне приходили к нему из города ради   «утешения из святых книг». Святой Авраамий проповедовал грешникам покаяние: «Мнози от града приходят... от многых грех на покаяние приходят». Именно с этого момента начинается первый конфликт или, как это называет преподобный Ефрем, «терпение». Причиной конфликта с братией, а также с приходящими священниками было недовольство последних возраставшей паствой Авраамия. Настоятель запретил преподобному проповедовать, чего Авраамий не мог принять, потому что в этом состояло его главное призвание, его главное служение.

Авраамий переходит в Крестовоздвиженский монастырь Смоленска, где его служение становится более интенсивным. Он также украшает храм «завесами, свечами и иконами», проявляется его талант иконописца: он пишет две иконы – икону мытарств и икону Страшного Суда. Он особенно строг и в храмовом благочинии: «Отиноудь запрещаше же в церкви не глаголати, паче же на литургии». Преподобный ежедневно служит и непрестанно проповедует. Это собирает к нему в обитель большое количество людей, что, конечно, не может не вызвать зависть и крайнее раздражение смоленского духовенства. Гонения приобретают такой ожесточенный характер, что Авраамия вызывают на суд, обвиняя в еретичестве, лжепророчестве и даже в волховании. Несмотря на то, что все обвинения были клеветническими, преподобного с большим позором волокут на суд через весь город.

У преподобного находятся заступники: пресвитер княжеской церкви Архангела Михаила Лука Прусин и иеромонах Лазарь, который впоследствии станет епископом города Смоленска. Они свидетельствуют о том, что осуждается Авраамий неправедно, вспоминая подобный случай в Константинополе, когда был осужден святитель Иоанн Златоуст. Заступники преподобного предсказывают епископу гнев Божий на град Смоленск за гонение на святого: «Великой есть быти опитемьи граду сему, аще ся добре не опечалиши». Поскольку один из заступников преподобного был пресвитером княжеской церкви, святой Авраамий избежал суда княжеского, однако был осужден епископом и запрещен в служении. Обещанная «епитимия» приходит в виде страшной засухи. Молитвы епископа, духовенства и всего народа остаются неуслышанными. Епископ Игнатий призывает преподобного Авраамия, снова расследует обвинения против него «и испытав, яко все лжа», прощает его и просит молиться о страждущем граде. Бог услышал молитву святого: «Еще преподобному не дошедшу своея келия, одожди Бог на землю дождь», и с этого времени возобновилось почитание Авраамия и стечение к нему народа.

После этого епископ поручает Авраамию игуменство уже в третьем монастыре – монастыре Ризоположения, на месте которого сейчас находится Спасо-Преображенский Авраамиев монастырь. В этом монастыре преподобный продолжает «пребывать в первом подвизе» учительства и духовничества для сограждан. После пятидесяти лет подвижничества преподобный заканчивает свои земные дни: в мире со всем городом, со всем духовенством и епископом Игнатием.

В контексте рассматриваемой темы представляется важным обратить внимание на некоторые особенности жития преподобного Авраамия, которые в своих научных публикациях отмечает исследователь жития и подвигов преподобного игумен Хрисанф (Шадронов). В житии нет подробного описания биографии преподобного – ко времени написания Авраамий еще не был канонизирован. Но преподобный Ефрем готовит прославление своего учителя иным способом. Он соединяет элементы биографии с элементами похвального слова, то есть сопоставлениями с другими великими святыми. Также необходимо обратить внимание на принцип триадности, который проходит через все произведение: Авраамий жил в трех монастырях, и этому соответствуют три этапа жизни, три этапа «терпения» и три уровня сопоставления: преподобнический, святительский и пророческий.

Первый этап служения проходит в загородном монастыре; на этом этапе святой Авраамий сравнивается с преподобным Феодосием Печерском и преподобным Антонием Великим.

С момента священнического служения и первого конфликта в житии меняется и образ сопоставления – теперь преподобный Авраамий сравнивается со святителем Иоанном Златоустом. Важно, что сопоставляются не только эпизоды из их жизни, но и приводится множество цитат из творений святителя Иоанна Златоуста: из Бесед о покаянии, о бессилии дьявола, но самое главное – из Слов о священстве. Наличие множества цитат и сопоставлений с великим святителем позволяет сделать вывод о том, что преподобный Авраамий был не только почитателем учения святителя Иоанна Златоуста, но и его последователем. Поэтому второй конфликт со смоленским духовенством был предопределен, причем как со стороны той части городского духовенства, которые уничижали свое служение, заботясь о материальном благополучии, так и со стороны духовенства, которое считало, что монаху необходимо находиться в монастыре и не учить мирян. Благодаря сопоставлению со святителем Иоанном Златоустом, суть конфликта поднимается до уровня, значимого для всей Церкви.

И наконец, когда в Смоленске, после осуждения преподобного, начинается засуха, святой сравнивается уже с пророком Илией. Это заметное, хотя и не называемое сопоставление, потому что как пророку Илии, так и святому Авраамию Господом была дана власть «затворять и отворять небо» своей молитвой. Таким образом, события достигают уже библейского масштаба: Господь, Своим вмешательством показывает людям через Авраамия Свою волю и дает им истинное просвещение.

Преподобный Авраамий Смоленский был чтим после кончины (в начале XIII века) и канонизован в XVI веке. По мнению историков Церкви, в т. ч. исследователя житий святых Древней Руси Георгия Петровича Федотова, канонизация святого состоялась на одном из московских Макариевских соборов, вероятно, в 1549 году. Как выдающийся духовный просветитель, преподобный Авраамий не стоит «особняком» среди русских святых. Рядом с ним всегда вспоминаются имена святых Стефана Пермского, Нила Сорского, Дионисия Троицкого, Димитрия Ростовского. Но лишь преподобный стал жертвой своего учительного призвания, и, как пишет об этом Г.П. Федотов, «мы получаем право сказать, что св. Авраамий явился страстотерпцем православного гнозиса».

Необходимо отметить, что, наряду с почитанием любимого смолянами небесного покровителя нашего древнего города преподобного Авраамия Смоленского смоляне стремятся бережно сохранять его духовное наследие. С 2016 года совместными усилиями Смоленской епархии, Смоленского государственного университета и Смоленской православной духовной семинарии регулярно проводятся научные конференции, посвященные памяти смоленского святого, одного из первых православных святых, книжника и просветителя – преподобного Авраамия.

Второй исторический период, предлагаемый для рассмотрения, – судьбоносная эпоха восстановления Русского государства после более чем двухвекового ордынского ига. Митрополит Сурожский Антоний писал: «В истории Русской Православной Церкви формы святости менялись от столетия к столетию (хотя, раз возникнув, не исчезали), и эти изменения выражают на протяжении лет те пути, которыми Бог в сердцах верующих выражал Свою любовь к миру. В период национального становления после прекращения монголо-татарского ига мы видим исполинов духа: они оставляют все и уходят в глушь лесов северной и центральной России – уходят искать Бога, уходят, чтобы быть с Богом… Они ищут Бога и находят его в глубине своей собственной души, посвященной Ему. Они ищут только Его одного, но вместе с тем, их любовь становится все глубже и они с любовью принимают всех, кто начинает приходить к ним… в поисках той же спасительной пристани. Вокруг них вырастают монастыри, что тоже является актом любви».

И одним из таких «исполинов духа» был преподобный Герасим Болдинский, выдающийся подвижник и основатель четырех монастырей. Главной из этих обителей стал Свято-Троицкий Болдин монастырь, который в минувшем году отметил 490-летие основания и 30-летие возрождения.

По слову Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла, «имя этого угодника Божия, навсегда вошедшее в историю русской святости и нашего государства, дорого каждому из нас, дорого всем, кто прикасается к святыням Смоленщины. Преподобный Герасим, будучи духовным учеником и преемником игумена земли Русской преподобного Сергия Радонежского, продолжил деятельность по объединению нашего народа, преодолевая ненависть, раздоры, споры и разногласия с помощью единственного оружия – любви и единения, величайшим образом которого является Святая Троица».

Преподобный Герасим (в миру Григорий) родился в 1488/89 году в городе Переславле-Залесском. Житие преподобного Герасима повествует, что еще ребенком, посещая храм со своими боголюбивыми родителями, Григорий находил для себя в нем много утехи и радости. В отрочестве своим духовным отцом он избирает преподобного Даниила Переславского, сторонника Иосифа Волоцкого. В 1501 году, в возрасте 13 лет, Григорий поступил послушником в Переславль-Залесский Успения Пресвятой Богородицы монастырь, где настоятелем был его духовник.

Позднее, уже в Троицком Переславль-Залесском монастыре он был пострижен в монашество с именем Герасим в память преподобного Герасима Иорданского. Так ученик преподобного Даниила стал духовным преемником преподобного Сергия Радонежского: «бе убо блаженный Данило, ученик преподобного Пафнотия-чудотворца Боровскаго. Пафнутий же ученик старца Никиты Серпуховского, Никита же – ученик преподобного Сергия чудотворца».

В житии преподобного Даниила свидетельствуется, что Герасим много помогал своему духовнику в деле устроения Троицкого монастыря, был его любимым учеником, сопровождал старца в поездках в Москву, на великокняжеский двор. Обитель строилась на «Божедомии», то есть на месте, где стояла богадельня, окормлявшая духовно и телесно увечных, слепых, хромых и не способных к работе. Новый монастырь взял на себя заботу об этих несчастных. Преподобный Даниил благословил Герасиму уход за ними. Помимо необыкновенного трудолюбия, Герасим отличался редким добронравием, кротостью и мягкостью. Всю свою жизнь он ревностно подвизался в подвигах поста и молитвы, стараясь неукоснительно соблюдать келейное правило.

Прожив в Переславле-Залесском Троицком монастыре 26 лет, преподобный Герасим, как и иные прославленные русские иноки стремившийся к уединению, к духовному подвигу среди пустынной природы, в 1528 году получил благословение на пустынножительство и покинул родную обитель. «Обходяща многие пустыни и дебри ища, где обрести богоуготованное место удобно ко иноческому спасению, и по обхождении многих мест достиже место… Дорогобужской области». Инок поселился на Смоленской земле, в Болдино, среди непроходимых лесов, в которых бесчинствовали разбойники.

Необходимо отметить, что на протяжении многих столетий Смоленщина была пограничным рубежом между Православной Русью и католической Европой. В 1396 году Смоленская земля была завоевана Литовским княжеством. И долгие годы московские великие князья вели борьбу за возвращение русских земель. Смоленск был возвращен в 1514 году, а вся территория Смоленской земли – лишь в 1522 году.

Таким образом, Дорогобужская земля, избранная преподобным Герасимом для совершения иноческого подвига, как и вся Смоленщина, более ста лет находилась во владении Великого княжества Литовского. В исконно русских землях Дорогобужа, разоренных после ордынских погромов, чужеземного владычества и непрестанных войн, очаги православной духовности пытались заглушить католичеством.

Некоторые историки высказывают мнение, что преподобный Герасим отправился в Дорогобужскую землю с ведома великого князя Василия III, и целью его поселения на Смоленщине являлось основание обителей – православных форпостов на западных рубежах Русского государства.

Преподобный Герасим поселился в дремучем лесу недалеко от Смоленской (Московской) дороги. Долгое время ему докучали праздные люди неблаговидного поведения, покинувшие в годы иноземного правления свои дома и хозяев. Они часто нападали на проезжавшие по дороге обозы и проходивших путников. Преподобный Герасим надеялся увещеваниями и молитвой привести заблудших людей к покаянию. В построенной им лесной келье, рядом с разбойниками, охраняемый и питаемый Господом, он прожил около двух лет. Они несколько раз нападали на преподобного, избивали его, но он мужественно переносил страдания, терпел все искушения.

По особому видению преподобный Герасим перешел к юго-востоку от первоначального места, на поляну, где у источника рос многовековой дуб и рядом протекала речка Болдинка. И с этого места его пытались прогнать местные жители. Они схватили преподобного и как бродягу отвели к наместнику в город Дорогобуж. Тот, не разобравшись, велел посадить подвижника в темницу, но в этот момент к нему прибыл из Москвы великокняжеский посланник. Увидев преподобного Герасима, неоднократно бывавшего с преподобным Даниилом на приемах у великого князя, посланник вступился за преподобного, и наместник отпустил Герасима с почестями и дарами. Много лишений претерпел преподобный, пока слава о его подвижнической жизни не распространилась по окрестностям. И вокруг преподобного собралась братия. Они вместе поставили келии и небольшую часовню для общих молитв. Видя, что количество ревнителей благочестия увеличивается, преподобный Герасим отправился в Москву, где испросил благословение на открытие обители. Вместе с братией преподобный поставил первый деревянный храм в честь Святой Живоначальной Троицы с приделом во имя преподобного Сергия Радонежского. 9 мая (ст. ст.) 1530 года храм освятили, положив начало Свято-Троицкому Болдину общежительному монастырю.

Подобно святому Сергию Радонежскому, положившему начало почитанию Пресвятой Троицы – символа Божественного Единства и основавшему на Руси первый Троицкий монастырь, преподобный Герасим посвятил свою жизнь Пресвятой Троице как наивысшему идеалу для народного единения и служению объединению русских земель вокруг Москвы.

На Смоленской земле преподобный Герасим станет первым распространителем почитания преподобного Сергия Радонежского. И во всех основанных святым Герасимом монастырях будут построены храмы или придел, посвященные Святой Троице и преподобному Сергию.

Преподобный Герасим был выразителем русского идеала святости. Труд и молитва являлись основой его монашеского делания. Святой не гнушался никакими работами в обители. Он принимал участие в возведении трапезной и келий, молол ручным жерновом зерна, пек хлеб, заготавливал и колол дрова, ухаживал за больными и немощными. При этом преподобный Герасим питался только хлебом с водою, спал очень мало и никогда не ложился в постель.

В конце 1535 года преподобный Герасим, искавший место для уединенной жизни, вместе со своим учеником Симеоном поселился неподалеку от города Вязьмы. Место это имело недобрую славу у вязьмичей, так как оно на долгие годы стало прибежищем для людей разбойных, блудных и праздных. Преподобный устроил здесь келию и несколько лет прожил с учениками в окружении убийц и любителей игр бесовских. Молва о богоугодной, благочестивой и подвижнической жизни преподобного Герасима быстро распространилась в окрестностях Вязьмы. Вскоре многие начали приходить к нему за благословением и с потребностью спасительного для души собеседования. Некоторые, желая остаться при преподобном Герасиме ради любви Божией, поста и молитв, строили по его благословению новые келии.

К 1542 году количество собравшейся братии умножилось до достаточного количества для устройства обители. Преподобный «…богатый только нищетою Евангельскою, не имел ни малейших средств, никакой возможности к тому; но утвержденный и укрепленный в этой мысли явлением ему в сонном видении, как говорит предание, Крестителя Господня Иоанна, благословлявшего его на сей подвиг и возвещавшаго ему будущую славу избраннаго им уединения, воодушевился в своем намерении и твердо положил в душе своей стараться всевозможно о приведении онаго с помощию Божиею, во исполнение».

Получив от царя Иоанна IV Васильевича разрешение на устройство монастыря, преподобный Герасим с братией своими трудами устроили на пожертвования боголюбивых поселян деревянный храм в честь Предтечи и Крестителя Господня Иоанна. По имени главного храма монастырь получил название Иоанно-Предтечева. Устроив новую обитель, преподобный Герасим поставил над ней настоятелем своего ученика Симеона и возвратился в Болдин монастырь. Игумен Симеон, следуя примеру преподобного, управлял Предтечевым монастырем тридцать четыре года, построил второй деревянный храм в честь Вознесения Господня, снискал доверие и уважение не только братии, но и окрестных жителей.

В 1545 году в 36 верстах (38,4 км.) от Дорогобужа преподобный Герасим восстановил небольшой монастырь, существовавший с конца XV века, в волостном селе Свирковы (Сверковы) Луки на левом берегу реки Днепр. Преподобный Герасим, получив в столице благословение на устройство обители, защитил собравшуюся братию от притеснений боярина Иакова Андреевича Салтыкова, владевшего землями в окрестностях монастыря. Построив храм в честь Рождества Пресвятой Богородицы (по другим данным Введенский и Никольский храмы), а также келии для братии, преподобный оставил здесь настоятелем строителя Сергия.

В 1547 году в Брянских лесах преподобный основал третий монастырь – Троице-Введенский. Здесь святой Герасим возвел деревянный храм в честь Святой Живоначальной Троицы с приделами Введения во храм Пресвятой Богородицы и преподобного Сергия Радонежского. За короткий срок в обители собралось сорок два человека братии, и преподобный, поставив настоятелем строителя Петра (Коростелева), вернулся в Болдино.

Основывая обители, святой ставил там игуменами своих учеников, и, не оставляя попечения о своих «детищах», посещал их. Таким образом, Болдин монастырь был как бы «лаврой», а остальные обители – дочерними.

Преставился преподобный Герасим 1/14 мая 1554 года, на шестьдесят шестом году жизни. Перед кончиной он призвал к себе в Болдино настоятелей и насельников из всех основанных им монастырей, числом 127, оставив им духовное завещание, подобное «наказу» преподобного Иосифа Волоцкого.

Болдинская обитель стала пограничным монастырем, противостоявшим надвигавшемуся с запада католицизму. И вплоть до Смутного времени монастырю покровительствовали русские цари и бояре. С 1611 по 1654 годы монастырь занимали католические монахи. После освобождения Смоленска, в 1655 году в обители восстановлено православное богослужение.

В заключение отмечу, что результаты Петровской церковной реформы, последовавших за ней гонений на монашество и общего разорения монастырей губительно сказались на духовном состоянии русского народа. Именно монашество, ставшее со времен Киевской Руси центром духовной силы русского народа, неотъемлемой частью жизни Русской Православной Церкви, стяжало для Руси наименование Святой. Профессор Антон Владимирович Карташёв в своей статье «Судьбы “Святой Руси”» писал: «Русь нарекла себя “святой Русью”. Ни греческой церкви, ни православным сирийцам и арабам, ни нашим братьям славянам, ни соседям румынам – никому не полюбилось назваться так, по крещению и вере…Термин “святая Русь” родился и хранился в неписаном народном предании. Народ уже в глубине своего сознания накопил и полюбил свою крещеность, свое запечатление именем Христовым и Его спасительным и животворящим Крестом, свою чистоту и избранность среди заблуждающихся народов мира… После Петра привзошел в русскую жизнь пафос внерелигиозной культуры… Идеал “святой Руси” и в этой новой, духовно-сложной атмосфере остается неповторимым по своей глубине, силе, исторической укорененности и сродности духу народа, им запечатленному… Россия, найдя свой идеал, употребила великие и добросовестные усилия, чтобы стать его достойной. И если падала, изнемогала и грешила, то подымалась, вдохновляемая им же. А главным образом – им, и единственно им, спасалась в страшные минуты своей истории, когда жизнь ставила ее на край опасности или гибели».

И неизменно духовная сущность и миссия русского иночества, которую Святая Русь стяжала подвигами сонма святых угодников Божиих, до сего дня остается главной духовной силой Православия.

Источники и литература

1. Артамонов Ю.А. Древнерусское иночество и первые монастыри на Руси. Доклад на Международной богословской научно-практической конференции «Монашество Святой Руси: от истоков к современности» (Москва, Покровский ставропигиальный женский монастырь, 23−24 сентября 2015 года) // Эл. публикация https://monasterium.ru/doklady/mon-sv-r/drevnerusskoe-inochestvo-i-pervye-monastyri-na-rusi/

2. Васюков И.А. Смоленские святые в истории Церкви и Отечества. Смоленск, 2012.

3. Георгий Флоровский, протоиерей. Догмат и история. М.: Изд-во Свято-Владимирского Братства, 1998. С. 278–279.

4. Голубинский Е.Е. История Русской Церкви. Том I. Период первый, Киевский или домонгольский. Часть вторая. М.: Крутицкое патриаршее подворье. Общество любителей Церковной истории, 1997.

5. Дурасов Г.П. История Болдина монастыря. Издание Свято-Троицкого Болдина монастыря, 2018.

6. Житие Авраамия Смоленского /пер. Д.М. Буланина //Библиотека литературы Древней Руси. Т. 5: XIII век. СПб.: Наука, 2000. С. 30–63.

7. Житие Герасима Болдинского /пер. Е.В. Крушельницкой // Библиотека литературы Древней Руси. Т. 13: XVI век. СПб.: Наука, 2005. С. 632–667.

8. Карташев А.В. Очерки по истории Русской Церкви. Т. 1. М.: Издательский дом «Познание», 2019.

9. Карташев А.В. Судьбы «Святой Руси». / А.В. Карташев. Церковь. История. Россия. Статьи и выступления. М.: Издательство «Пробел», 1996. С. 134–154

10. Киприан (Керн), архимандрит. Ангелы, иночество, человечество. Речь, сказанная о. архимандритом Киприаном на годичном акте Православного Богословского Института в Париже 8-го февраля 1942 года в присутствии Ректора Института Высокопреосвященного Митрополита Евлогия. // Церковь и время. 1998. № 1 (4). С. 135–137.

11. Красновский И.А. Возрожденный из руин // Журнал Московской Патриархии. 2021. № 3 (952). С. 80–82.

12. Митрополит Макарий (Булгаков). Очерк истории Русской Церкви в период до-татарский. Эл. публикация https://azbyka.ru/otechnik/Makarij_Bulgakov/ocherk-istorii-russkoj-tserkvi-v-period-do-tatarskij/2_2

13. Митрополит Сурожский Антоний. Труды. М.: Практика, 2002. С. 362-363.

14. Митрополит Сурожский Антоний. Труды. Книга вторая. М.: Практика, 2007. С. 671.

15. Рафаил (Ивочкин), иеромонах. Дорогобужская земля: православные храмы. Смоленск: «Свиток», 2021. С.127–129.

16. Смолич И.К. Русское Монашество: Возникновение. Развитие. Сущность (988–1917). М.: Церковно-научный центр «Православная Энциклопедия», 1997.

17. Федотов Г.П. Святые древней Руси. М.: Московский рабочий, 1990.

18. Федотов Г.П. Житие и терпение Авраамия Смоленского. Эл. публикация https://azbyka.ru/otechnik/Georgij_Fedotov/zhitie-i-terpenie-sv-avraamija-smolenskogo/

19. Фроянов И.Я. Древняя Русь IX–XIII веков. Народные движения. Княжеская и вечевая власть. М.: «Русский издательский центр», 2012. http://a-nevsky.ru/library/drevnaya-rus-ix-xiii-vekov39.html

20. Хрисанф (Шадронов), игумен. Авраамий Смоленский.// Информационно-образовательный портал «Смоленск просвещенный». Эл. публикация https://smol-history.ru/lectures/1

21. Шайкин А.А. Жанровое своеобразие жития Авраамия Смоленского https://oreluniver.ru/public/file/archive/3_88.pdf

 

 

Материалы по теме

Доклады: