Рубежный монастырь

Свято-Иоанно-Предтеченский мужской монастырь Луганской епархии

– Как же мы уедем? На кого народ оставим?! И ехать особо некуда – тут все равно дом. Да и сердцем приросли, – говорит архимандрит Варфоломей (Кузнецов), наместник Иоанно-Предтеченского мужского монастыря в селе Чугинка Луганской епархии Украинской Православной Церкви.

Обитель в наши дни стала рубежной, располагается на самой границе Луганской республики и Украины. За последние четыре года многое пришлось пережить. Виденная только в кино война в одночасье стала для простых людей реальностью, в которой не всегда понятно: где свой, где враг, за что воюем. В провозглашенных республиках разрушены не здания, не предприятия, не инфраструктура, – порушена жизнь тысяч людей. И у насельников обители нет мысли оставить монастырь и народ Божий. Все горести – вместе. Монашеская молитва никогда не прекращается, а люди, несмотря все трудности, идут в монастырские храмы за поддержкой и утешением, за редким добрым словом, за пока не осязаемым, но таким желанным миром. Нынче все узнали, как ценится спокойная и радостная жизнь. И на какой-то иной план уходит недовольство зарплатой, тяготы быта… Только бы был мир! Об этом главная молитва рубежного монастыря – оплота веры и, в малой степени, той стабильности, которой давно не знают жители Донбасса.

– У нас сейчас так: ни мира, ни войны, – говорит отец Варфоломей. – Народ очень бедно живет, пенсии около трех тысяч рублей, бюджетники совсем мало получают. Около пятнадцати тысяч зарабатывает рядовой солдат, это считается большими деньгами. Но он жизнью рискует. Идешь по городу, а навстречу молодые ребята – без ноги, руки. И это наша реальность. Народ надо поддерживать. Так хочется, чтобы мир был. Но нам такую перспективу пока не разглядеть даже с оптическим прибором. Будем молиться…

Зато монастырские храмы в селе Чугинка видны издалека. У каждой обители есть своя история, которая, как многим кажется, должна начинаться так: «Давным-давно, при таком-то великом князе…» Ничего подобного про Иоанно-Предтеченский монастырь в Чугинке сказать нельзя. Все по-настоящему началось в наши дни. А предыстория была следующая. Полтора века тому назад, в 1868 году, в селе был возведен храм во имя апостолов Петра и Павла, а при нем образовалась монашеская община. В беспощадные к религии советские годы Господь берег этот храм довольно долго – до 1935 года. Тогда уж и монахи исчезли, церковь разрушили до основания, а из обломков соорудили клуб. Безбожничала Чугинка семь лет. В 1942 году возобновились службы в бывшей церковной сторожке, но вскоре снесли и ее как рассадник «опиума для народа»…

Новая история Иоанно-Предтеченского монастыря началась в XXI веке. В 2007 году по решению Священного Синода обитель была утверждена. На заброшенную территорию, на которую особо никто не претендовал, почти на пустое место, пришли пятеро монахов. Местная власть отнеслась к ним с недоверием, сочли за секту. Градус доверия возрос, когда территорию стали убирать, наводить порядок, вывезли 15 КамАЗов мусора, – ведь очень важно в жизни видеть поступок, это всегда ценится. И люди потянулись к обители отовсюду. Да и местные стали помогать: все же появление монастыря – некая известность и значимость. Вспомнилось, что ранее монастыри были, как скажут сегодня, «градообразующими». К тому же, где монастырь – там всегда устроенность, пусть даже в малой степени, ухоженность, цветы... Монахи, не жалея сил, стали возводить храмы. Часовню в честь преподобного Серафима Саровского строили своими руками. Основной целью постройки было перезахоронить здесь иеромонаха Антония – одного из первых чугинских насельников. Сегодня братия обители активно собирает сведения о земной жизни этого подвижника. Построена часовня в виде звезды – как напоминание о Звезде Вифлеемской – и расписана в сербском стиле: образы святых на темно-синем фоне… Так же за небольшой срок возвели надвратный храм, келейный корпус, гостиницу для паломников.

Появились свои святыни: монахи с благоговением рассказывают о Феодоровской иконе Божией Матери: этот образ достался им совсем потемневшим от времени, а в монастыре началось обновление иконы, стал проступать лик, будто накладывалось новое изображение…

Мы обращаемся к подвижникам далекого прошлого, но зачастую не замечаем тех, кто рядом с нами. А в наше время тоже есть люди, которым Господь даровал крепкую веру и стремление жить всегда по Божией воле.

Пример новой жизни показал сам отец Варфоломей. Он принял монашеский постриг, не достигнув еще 17 лет. Это был осознанный выбор. На наш тривиальный вопрос, который слышал уже неоднократно, ответил одним словом:

– Призвание.

Ему пришлось экстерном оканчивать школу, сдавать экзамены, выдерживать продолжительные семейные баталии, так как никто не хотел мириться с его выбором. Но Господь всё управил. Настоящей школой стала монашеская община. Отец Варфоломей многое умеет делать своими руками. Братия обители, сейчас она состоит из двадцати насельников, вслед за наместником также проходили свои университеты: учились работам по дереву, восстанавливали и осваивали старые станки. А какой монастырь без сада, огорода? Но здесь еще посадили виноградник, в котором ныне произрастает около пятидесяти сортов – белый, розовый, черный, продолговатый, круглый и т. д. Излишки урожая продают. При обители действует пасека. Устроена свечная мастерская – свечи изготавливают сами, нехитрым дедовским способом. Однако всё это привычные для монашествующих занятия. Иоанно-Предтеченские иноки пошли дальше – такого послушания нет ни в одном монастыре: здесь научились мастерить струнно-смычковые музыкальные инструменты – скрипки, альты и виолончели. Это искусство постигал и сам архимандрит Варфоломей. Много пришлось учиться, перенимать мастерство у прославленных итальянских мастеров.


– Монах всегда должен быть занят. Безделье – это нехорошо, пробуждает дурные мысли, разные стремления, – говорит отец наместник. А музыка, музыкальные инструменты – это некое отдохновение, радость, которая будет потом передана другим. Тоже в какой-то мере служение добру и красоте. Человек, который держит скрипку, может быть, и не возьмет бездумно гранату.

По словам отца Варфоломея, за месяц, если нет многочисленных церковных праздников, он может смастерить только одну скрипку. Не все в монастыре к этому способны. Но и иные таланты и стремления здесь не дают зарыть в землю. Все время обнаруживается новое поле для деятельности. Происходящее вокруг – не повод опускать руки.

Музыкальные инструменты продаются, их покупают в Москве, на Украине, за границей. Недавно, на день памяти преподобного Сергия Радонежского, отец Варфоломей привез в первопрестольный град 11 инструментов. Все они будут служить хорошим людям, а к монахам придет отзвук далекой радости. Ведь «война – это преходяще, а музыка – вечна!»


Материал подготовила Юлия Стихарева

Фото https://monasteries.org.ua/objects/monasteries/97/?lang=ru

https://www.pravlitlug.ru/publitsistika1/item/3196-arkhimandrit-varfolomej

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ